Тонкие грани: налоговая оптимизация законная и не очень

Сколько способов законной налоговой оптимизации в принципе позволяет использовать законодательство? Налоговый кодекс в п. 3 ст. 21 скупо сообщает, что: «налогоплательщики имеют право использовать налоговые льготы при наличии оснований и в порядке, установленном законодательством о налогах и сборах». Некоторые авторы, пишущие на налоговые тематики, утверждают, что таких способов несколько тысяч, причем одних только способов оптимизации НДС более ста, многие сотрудники ФНС называют оптимизацию налогов мифом, указывая что истинный термин – уклонение от уплаты налогов разной степени незаконности.
При всем кажущемся многообразии способов налоговой оптимизации, инструментов у налогоплательщика не так много и все они прямо или косвенно содержаться в Налоговом кодексе:

1. Использование специальных налоговых режимов (ст. 18 НК РФ):

— единый сельскохозяйственный налог;

— упрощенная система налогообложения (с базой доходы или расходы минус доходы);

— единый налог на вмененный доход;

— патентная система налогообложения.

2. Применение схем дробления бизнеса:

— параллельная — осуществлении взаимозависимыми лицами самостоятельной операционной деятельности;

— последовательная — взаимозависимые лица выполняют часть работ в рамках общих бизнес-процессов;

— смешанная – совмещение вышеуказанных схем.

3. Использование налоговых льгот:

— территориальные льготы (местные, региональные, федеральные), например, льготы по УСН с базой доходы-расходы: в СПб – 7%, в Краснодарском крае – 0% для впервые зарегистрированных ИП, осуществляющих научную, социальную или производственную деятельность в течении двух налоговых периодов после регистрации (при определенных ограничениях), в Курганской области – минимум 10%.

— льготы  резидентов территорий опережающего социально-экономического развития, созданных на территории монопрофильных муниципальных образований – реестр публикуется на сайте Минэкономразвития (по состоянию на август 2017 года их 36);

— льготы на отдельные виды деятельности (снижение ставки налога, временные льготы, освобождение от налога и т.д.), например, ст. 149 НК РФ освобождает от оплаты НДС реализацию 67 видов товаров и услуг.

4. Способы безналоговой передача имущества:

— взнос в уставной капитал;

— простое товарищество;

— взнос в имущество без увеличения уставного капитала;

— передача имущества в целях увеличения чистых активов;

— реорганизация юридического лица (выделение, присоединение);

— безвозмездная передача имущества дочерней компанией.

5. Использование контролируемых иностранных компаний:

— экспорт;

— импорт;

— пассивные операции (дивиденды, аренда, роялти и т.д.).

6. Полная или частичная замена части стоимости по договорам:

— штрафами и неустойками;

— векселями.

7. Агентские схемы:

— агент действует от имени и за счет принципала;

— агент действует от своего имени, но за счет принципала;

— осуществление переработки из давальческого сырья;

— договора комиссии;

— договора поручения;

8. Схемы оптимизации «зарплатных» налогов:

— с возможностью оптимизации НДФЛ и социальных взносов (компенсации);

— с возможностью оптимизации социальных взносов (ИП, дивиденды, ученические договора, производственные кооперативы и т.д.).

9. Использование договорных конструкций:

— доверительное управление;

— инвестиционное товарищество;

— простое товарищество;

— услуги склада;

— агентские договора;

— договора на использование интеллектуальной собственности.

Любая классификация условна, но принципиальное значение имеет конечность инструментов налоговой оптимизации и их известность налоговым органам. Ограниченность способов оптимизации также исключает наличие «волшебных» способов, ранее неизвестных налогоплательщикам. Поэтому принципиальным вопросом для успешного применения инструментов налоговой оптимизации является их проработанность и наличие деловой цели, отличной от цели просто платить меньше налогов.

Многие собственники бизнеса не хотят вникать в способы налоговой оптимизации, сосредотачиваясь на двух целях:  первая — платить налогов как можно меньше; вторая – чтобы за это ничего не было. В таком случае главной задачей бухгалтера оказывается вписаться в минимальный коридор налоговой нагрузки (0,9-1,5%), потому что этот параметр собственник может проверить, а что касается безопасности… Пока ничего не случилось и говорить не о чем (правда, когда случиться говорить уже будет не о чем). То, каким образом бухгалтер минимизирует налоги таких бизнесменов не очень волнует, каждый ведь занимается своим делом, иначе зачем нужен главный бухгалтер? И каждый раз подписывают какую-нибудь очередную налоговую отчетность на большом количестве листов, в которой содержаться десятки непонятных цифр, максимум уточнив у бухгалтера все ли в ней в порядке.

У многих собственников малого (и даже среднего) бизнеса, есть надежда на то, что бухгалтер у них «нормальный», к тому же она тоже несет какую-то ответственность, но как показывает практика, во многих компаниях главбух не оформлен или оформлен не правильно и в случае чего останется только решение о том, что генеральный директор функцию главного бухгалтера возложил на себя (посмотрите приказ № 1 вашего ООО о назначении генерального директора и главного бухгалтера и убедитесь). К тому же бухгалтера неплохо предчувствуют когда дело плохо и вовремя увольняются, оставляя генерального директора один на один с налоговиками. За налоговый учет отвечает именно руководитель, а доказать, что главбух давал генеральному директору указания, обязательные для последнего будет крайне сложно.

Между тем именно генеральный директор и учредители по налоговым преступлениям и правонарушениям отвечают всем своим имуществом. До 2017 года ООО в отличии от ИП было очень удобной организационно-правовой формой: учредители не отвечали по долгам общества, а общество – по долгам учредителей, в этом и выражалась ограниченная ответственность, закрепленная в самом названии, но  теперь по налоговым нарушениям спросят и с управленцев и с собственников. Вариант с номинальными директорами тоже стал утрачивать былую привлекательность: во-первых, попробуй найди желающих, теперь все бояться становиться такими «директорами», либо имеют такую историю, что ни в один банк даже на порог не пустят, во-вторых такой директор получает доступ к счету, а это как минимум риск, к тому же он может «поднырнуть», потребовать больше денег, неадекватно повести себя в банке и т.д. Про возможности скрытого и прикрытого владения бизнесом собственники просто не знают.

Но быть самому собственником бизнеса и генеральным директором и в слепую подмахивать налоговые декларации, отдавая на откуп разработку схем оптимизации своему бухгалтеру – это надежда на то, что «прокатит». Вот типичные аргументы собственников малого и бизнеса из нашей практики:

Аргумент бизнесмена Наши контраргументы
У меня маленький бизнес, я не интересен налоговой Суммы налоговых доначислений в 17 млн. рублей – это средняя температура по больнице. Как показывает практика, налоговики (особенно в регионах) могут прийти и при потенциальной возможности взыскать один миллион рублей. К тому же в условиях истощения «кормовой» базы, интересы ФНС вполне могут перемещаться в сторону малого бизнеса и даже физических лиц.
Малый бизнес не трогают три года, а многие без проверок по десять лет живут и ничего! Это не относится к налоговым проверкам, они могут начаться уже по итогам первого квартала после создания юридического лица и первой попытки возместить НДС. К тому же налоговая смотрит период – последние три года, а в случае выявления признаков налогового преступления и возбуждения уголовного дела – берется период 10 лет. То есть выявят уклонение, произошедшее 8 лет назад – могут привлечь к уголовной ответственности как будто это было вчера. При этом системы автоматизации позволяют не только анализировать информацию, но и хранить ее.
У меня есть знакомый инспектор в налоговой, он все вопросы решает. Да, мы в России и связи решают почти все! Но не всегда инспектор действительно решит все вопросы, которые могут возникнуть и на решение которых надеется бизнесмен. А как показывает практика, если дело становиться действительно серьезным, инспектор забывает о всех договоренностях первым и моментально. К тому же стать потенциальным фигурантом коррупционного дела – сомнительная перспектива.
С моей организации нечего взять При решении о проведении выездной налоговой проверки, исследуется не только деятельность организации, но имущественное положение бенефициаров. Ведь для ФНС главное не только доначислить налоги, но и реально их взыскать. И субсидиарная ответственность помогает им решить этот вопрос.
Я не уклоняюсь от уплаты налогов, у меня все законно Вы платите полностью белые зарплаты, не разу не отправляли деньги на помойки для обналички, вы всегда платите все налоги и особенно НДС, налог на прибыль, среди ваших контрагентов нет взаимозависимых лиц, все ваши расходы действительно обоснованы и могут быть подтверждены? Но даже если это так, вы все равно не защищены от проверки, а значит ваши личные активы и активы компании могут быть под угрозой.
При проверке дам денег, все будет нормально Тоже способ. По опросам 26% проверок так и заканчиваются: договариваешься с инспектором сколько надо заплатить штрафов, ну и ему за беспокойство и проверка пройдена, спокойствие на 3 года вперед. Некоторые даже сами платно(!) инициируют проверки налоговиков, чтобы потом не трогали. Но далеко не во всех случаях деньги решат проблему: их могут не взять или возьмут и прийдут снова. К тому же многие налоговые проверки имеют оперативное сопровождение полиции, так что стать фигурантом коррупционного дела не так уж сложно.
Суд во всем разберется Такое тоже бывает и в 20-25% налогоплательщики выигрывают у ФНС. Но статистика столь не радужная, что даже многие юристы от налоговых споров отказываются, ведь вероятность получения гонорара успеха даже не 50 на 50.
На уголовную статью не насчитают Вот это зря так думают, крупным размером в статье 199 УК признается сумма налогов и (или) сборов, составляющая за период в пределах трех финансовых лет подряд более пяти миллионов рублей, при условии, что доля неуплаченных налогов и (или) сборов превышает 25 процентов подлежащих уплате сумм налогов и (или) сборов, либо превышающая пятнадцать миллионов рублей, а особо крупным размером — сумма, составляющая за период в пределах трех финансовых лет подряд более пятнадцати миллионов рублей, при условии, что доля неуплаченных налогов и (или) сборов превышает 50 процентов подлежащих уплате сумм налогов и (или) сборов, либо превышающая сорок пять миллионов рублей. Большинство налоговых проверок превышают «уголовную» отметку в 5 млн. рублей.

Посадить не посадят, а вот помимо условного срока получить обязанность возместить ущерб государству в полном объеме, да еще по решению не Арбитражного, а обычного районного суда, который разбираться в тонкостях налогового законодательства не будет – реальность.

Недавно я прочитал очередное решение суда о крупном доначислении налогоплательщику (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 12.05.2017 №№ Ф03-1134/2017) и у меня возникло стойкое ощущение, что я и раньше знал эту историю, знаком с каждым ее персонажем, с их логикой, причинами и способами налоговой оптимизации, которые привели их в суд, хотя решение это видел первый раз и с «героями» не знаком. Дело в том, что все, что сделал этот налогоплательщик – абсолютно типовые ошибки и если проанализировать бизнес на ОСН, почти все совершают похожие, даже несмотря на то, что знают – дело может кончиться плохо.

В истории все банально, но от этого она прецедентна. Обычная строительная компания, обычная выездная проверка в 2016 году, доначисления НДС в сумме 20 715 475 руб., пени по НДС в сумме 6 166 943 руб. НДС доначислили по факту получения необоснованной налоговой выгоды с двумя контрагентами-подрядчиками, которые по мнению ФНС носили явно формальный характер, а представленные налогоплательщиком документы содержали недостоверные сведения, что явилось основанием для отказа в предоставлении налоговых вычетов по НДС по этим контрагентам.

А дело было так: налогоплательщик в качестве генподрядчика выполнял СМР на нескольких объектах и привлек двух субподрядчиков, которые выполняли как строительные работы, так и осуществляли грузоперевозки и сдавали ответчику в аренду строительную технику. И все бы ничего — нормальная практика, и первичные бухгалтерские документы в полном объеме оформляли, и должную осмотрительность попытались проявить (сделали копии уставных документов подрядчиков) и компании московские купили (чтобы подальше от Дальнего Востока), но на схеме сэкономили, налоговики чуть копнули и все посыпалось.

Руководители подрядчиков оказались номиналами, факт управления организациями отрицали, не говоря о договорных отношениях с ответчиком, в юридических адресах не располагались, а операции по их счетам носили транзитный характер. Плюс у них нет ни трудовых, ни материальных ресурсов для выполнения подрядных работ. И допусков СРО у них нет, причем никаких (опять же сэкономили). А еще подписи все поддельные (с электронно-цифровыми подписями тоже решили не возиться).

Но и это не все. Субподрядчики передали ответчику кучу строительной техники, в том числе специальную и получили оплату. Однако, подрядчики собственниками транспорта не являлись, но предположим это тоже можно было объяснить, а вот то, что номера части якобы строительной техники принадлежали вовсе не строительной техники, а внедорожникам и автобусам, да еще и с собственниками отрицающих, что вообще кому-то передавали технику – это уже очень плохо (номера «от Балды» придумывали). К тому же часть техники оказалась в собственности учредителей и сотрудников ответчика.

Дальше налоговики пошли к заказчикам СМР и они не подтвердили выполнение каких-либо СМР на своих объектах спорными субподрядчиками, в том числе и по основаниям того, что вопрос о необходимости привлечения субподрядчиков к выполнению работ с ними не согласовывался, а по договору должен был.

Судебная перспектива при таких вводных была мягко говоря не радужной, так что юристы не виноваты, что проиграли. Но самое главное – на что надо наедятся, что такая липа проскочит и ВНП и суд? Предполагаю, что схема была выявлена еще на основании автоматического контроля ВНП-Отбор, причем дальше налоговикам даже не потребовалось заниматься супер-аналитикой: есть однодневки, есть сумма к доначислению. Схема с самого начала была мертворожденной, даже не потому, что на всех этапах экономили (и компании плохие купили и на ЭЦП сэкономили и на допусках СРО и т.д.), а потому что она вообще не отражала реальность (разве что СМР ответчик выполнил), все остальное с самого начала было придумано только для оптимизации НДС. Если бы собственник бизнеса оценил эту схему с помощью матрицы налоговой оптимизации, он наверняка принял бы более обдуманные решения и нашел иные способы налоговой оптимизации. Правда для этого их нужно знать и уметь оценить, причем основываясь на своем мнении, а не только главного бухгалтера.

С другой стороны – 26 млн. это еще не так уж и много, да и уголовное дело не возбудили, во всем можно найти позитив. Но лучше его искать в других аспектах жизни.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.